Alisher Umarov
29.03.2010, 11:46
Русский язык очень богат идиомами, то есть выражениями, которые нельзя читать и понимать буквально. Их слова означают одно, а смысл всей фразы – совсем другое. Например, «вот, где собака зарыта». Естественно, речь идет не о собаке и не о закапывании, а о понимании причины некоего события. Но при чем же здесь тогда собака, да еще и зарытая? Откуда в русском языке взялась связь зарытой собаки с причиной явления? Да и связь слов со смыслом в остальных идиомах, если в русском языке их ничего не связывает?
Ответ дает арабист, кандидат филологических наук Николай Вашкевич. Он утверждает, что непереводимые идиоматические слова — это слова из арабского языка и их перевод как раз и дает смысл выражению.
Арабский корень «сбк» означает опережение или предшествование чему либо. Например, по отношению к животным арабское «сабек» — это лошадь, пришедшая первая к финишу на скачках. Поэтому фраза «устал как сабек» вполне понятна. Потом люди забыли значение арабского слова и трансформировали его в наиболее схожее по звучанию русское – в собаку.
Трансформация в подобных случаях неизбежна: человек склонен употреблять более легкопроизносимые и понятные ему слова, чем совсем чужие для его языка. Так, например, слово «високосный», означающее год, который на один день длиннее обычного, конечно же, к покосу, да еще какому-то высокому отношения не имеет. Это так русский народ трансформировал латинское «биссекстум». Однако если с латинского или других языков происходило просто заимствование отдельных слов, то с арабского – целые смысловые ряды, породившие идиомы.
«На этом собаку съел». Какой смысл в поедании собаки и как это поможет стать более умелым в каких-то делах? Да и вообще – мы ж не китайцы. «Собаку съел» — это часть арабского выражения «сабака селю матару», что переводится как «его потоки обгоняют его дождь», то есть его дела обгоняют его слова – человек дела, профессионал.
«Вот где собака зарыта». То есть – вот в чем причина! Но при чем здесь собака? Здесь все просто: арабское «зариат» переводится как причина.
«Собак вешать». Повесили на него всех собак! Вообразите только такую картину: человек, увешанный собаками. Ерунда какая-то. Но собаки здесь все те же – арабские. И их не вешают. Просто арабское «вишайат» как раз и есть клевета, оговор.
«Выпороть как Сидорову козу». Коза – не собака, но логики тоже нет. Странная порка Сидором своей козы стала известна всему народу, однако про самого такого весьма популярного персонажа, ни исторического, ни литературного людям ничего не известно. Странности объяснятся, если узнать, что «кази» по-арабски — судья, а «сидар каза» — решение, приговор судьи. То есть, касательно сидоровой порки, «выпороть, как полагается». Кстати, есть русское слово «наказать».
«На козе не подъедешь». То есть, помня об арабском «кази», не решишь в правовом поле.
«Гол как сокол». Разве сокол голый? Смотрим арабский словарь. Корень «глй» означает открытый, голый, а «скл» — очищать, оголять. Получается дважды голый, то есть совсем голый. Такое усиление повторением больше знакомо по русскому «ходить ходуном».
«Барашек в бумажке». Уже выходит из употребления. Смысл – взятка. Но какой еще барашек, да еще и завернутый в бумагу? Непонятно. Но по-арабски «барашик» переводится как «я даю тебе взятку».
«Убить бобра». То есть ошибиться в расчетах. Бедный бобер… Но никто его, естественно, не убивал. «Абат биьибра» как раз и означает «пренебречь расчетами».
«Мечется как угорелая кошка». Угорелые, отравленные кошки не мечутся, горящих тоже не бывает. Зато «угорелая кошка» легко получается от «гарала кошак» (арабское «гаралак-шакк), что переводится как «случился с тобой удар».
Ответ дает арабист, кандидат филологических наук Николай Вашкевич. Он утверждает, что непереводимые идиоматические слова — это слова из арабского языка и их перевод как раз и дает смысл выражению.
Арабский корень «сбк» означает опережение или предшествование чему либо. Например, по отношению к животным арабское «сабек» — это лошадь, пришедшая первая к финишу на скачках. Поэтому фраза «устал как сабек» вполне понятна. Потом люди забыли значение арабского слова и трансформировали его в наиболее схожее по звучанию русское – в собаку.
Трансформация в подобных случаях неизбежна: человек склонен употреблять более легкопроизносимые и понятные ему слова, чем совсем чужие для его языка. Так, например, слово «високосный», означающее год, который на один день длиннее обычного, конечно же, к покосу, да еще какому-то высокому отношения не имеет. Это так русский народ трансформировал латинское «биссекстум». Однако если с латинского или других языков происходило просто заимствование отдельных слов, то с арабского – целые смысловые ряды, породившие идиомы.
«На этом собаку съел». Какой смысл в поедании собаки и как это поможет стать более умелым в каких-то делах? Да и вообще – мы ж не китайцы. «Собаку съел» — это часть арабского выражения «сабака селю матару», что переводится как «его потоки обгоняют его дождь», то есть его дела обгоняют его слова – человек дела, профессионал.
«Вот где собака зарыта». То есть – вот в чем причина! Но при чем здесь собака? Здесь все просто: арабское «зариат» переводится как причина.
«Собак вешать». Повесили на него всех собак! Вообразите только такую картину: человек, увешанный собаками. Ерунда какая-то. Но собаки здесь все те же – арабские. И их не вешают. Просто арабское «вишайат» как раз и есть клевета, оговор.
«Выпороть как Сидорову козу». Коза – не собака, но логики тоже нет. Странная порка Сидором своей козы стала известна всему народу, однако про самого такого весьма популярного персонажа, ни исторического, ни литературного людям ничего не известно. Странности объяснятся, если узнать, что «кази» по-арабски — судья, а «сидар каза» — решение, приговор судьи. То есть, касательно сидоровой порки, «выпороть, как полагается». Кстати, есть русское слово «наказать».
«На козе не подъедешь». То есть, помня об арабском «кази», не решишь в правовом поле.
«Гол как сокол». Разве сокол голый? Смотрим арабский словарь. Корень «глй» означает открытый, голый, а «скл» — очищать, оголять. Получается дважды голый, то есть совсем голый. Такое усиление повторением больше знакомо по русскому «ходить ходуном».
«Барашек в бумажке». Уже выходит из употребления. Смысл – взятка. Но какой еще барашек, да еще и завернутый в бумагу? Непонятно. Но по-арабски «барашик» переводится как «я даю тебе взятку».
«Убить бобра». То есть ошибиться в расчетах. Бедный бобер… Но никто его, естественно, не убивал. «Абат биьибра» как раз и означает «пренебречь расчетами».
«Мечется как угорелая кошка». Угорелые, отравленные кошки не мечутся, горящих тоже не бывает. Зато «угорелая кошка» легко получается от «гарала кошак» (арабское «гаралак-шакк), что переводится как «случился с тобой удар».